Готовый перевод I Became a Commander in a Gacha Game / Я стал Командующим в Гача-Игре: 9. Как починить заржавевшую надежду

— …

На мой вопрос Арба ответила не сразу, погрузившись в недолгое молчание.

Её глаза чуть заметно мерцали, словно она искала что-то в глубинах огромной базы данных.

«Что такое?»

С другой стороны, лицо стоявшей рядом Фомен заметно напряглось.

Было похоже, что о третьем члене отряда «Арклайт» говорить не хотелось.

Как бы это описать…

Страх перед тем, чтобы вообще поднять эту тему?

Возможно, мне показалось, но это чувство было очень сильным.

— …Согласно записям, третий член отряда «Арклайт» существует.

Наконец, голос заговорившей Арбы прозвучал на тон ниже, чем обычно.

— Модель Aegis-0. Кодовое имя — Ноа.

Арба на мгновение замолчала, а затем добавила:

— Однако, Командир.

— Мм?

— Искать её… в данный момент бессмысленно.

Что это значит?

— Хм…

Скрестив руки на груди, я откинулся на спинку стула.

Ситуация была такова, что новое оригинальное Эхо требовалось немедленно. С этими двумя невозможно было управлять огромным 69-м Ковчегом.

«Она была уничтожена во время операции снаружи? Или…»

Различные теории вспыхивали и гасли в моей голове.

Но, глядя на их лица и чувствуя странное напряжение, витающее между Арбой и Фомен, я решил больше не расспрашивать.

Ну, потом сами всё расскажут.

Сейчас куда важнее была жестокая реальность: запасов очищенной воды оставалось всего на тринадцать дней.

— Хорошо, о другом члене «Арклайт» поговорим позже.

— …Спасибо, Командир.

Услышав мои слова, Арба кивнула с заметным облегчением.

А Фомен, бросив на меня короткий взгляд, многозначительно усмехнулась.

— Хе-е, специально не спрашиваешь?

— Когда будете готовы — расскажете. Новый оригинальный Эхо сейчас не в приоритете.

— Какой заботливый. Я сейчас в тебя ещё больше влюблюсь.

— Лучше сначала наладим дела в Ковчеге.

Я поднялся с места, закрывая совещание.

— Ладно, тогда прямо сейчас начнём с восстановления водоочистной станции в секторе D-7. Когда можно будет начать производство серийных моделей Эхо?

— Через два часа после запуска производственной линии, — ответила Арба, вернув себе образ компетентного лидера после того, как тяжёлая тема о Ноа была закрыта.

— Тогда запускай производство немедленно.

— Слушаюсь. Из имеющихся у нас деталей можно собрать максимум две единицы Эхо. На производство и подготовку к бою уйдёт около двух с половиной часов. После завершения производства Дифендеров останутся лишь мелкие сенсорные модули и детали вспомогательного каркаса.

— Короче говоря?

— В случае их повреждения в бою ремонт будет невозможен.

Я немного подумал, прежде чем отрицательно покачать головой.

Если во время стычки с зомби Арба или Фомен пострадают?

Даже думать об этом не хотелось.

— …Создай только одного, даже если на восстановление уйдёт больше времени.

— Слушаюсь.

Теперь я начал злиться на прежних командиров и офицеров, которые во время так называемой операции «Бласт» выгребли все ресурсы и скормили их зомби. Точнее, просто выбросили всё снаружи.

Разве они не должны были подумать о тех, кто остался?

Они что, вышли туда, чтобы умереть?

«И такое возможно».

Я вспомнил настройки в начале игры.

Уничтожение человечества из-за зомби, мутантов и механических монстров было уже делом решённым.

Из-за этого многие военные отправлялись на поиски «места для смерти», чтобы найти почётный конец — или же просто убежать от ответственности.

Вполне возможно, что операция «Бласт» была именно таким случаем.

Проблема заключалась в том, что теперь моя голова болела из-за переданного мне 69-го Ковчега.

Прорвавшихся во время боя зомби не смогли выбить, и они оказались изолированы внутри. Мы даже не приближались к ним, опасаясь, что они узнают о нашем присутствии.

И это ещё не всё.

Склад пуст, а того, что можно было бы назвать едой и водой — даже высококонцентрированных питательных добавок — осталось совсем немного.

— Хуже нищих сидим.

Пробормотал я, глядя в потолок, а затем мой взгляд упал на Денежный компас.

Хорошо, что хотя бы он есть. Если экономно тратить накопленный кэш, можно будет протянуть ещё пару месяцев.

В душе я хотел бы увеличить количество оригинальных Эхо, вооружить их и зачистить Ковчег, но…

В Денежном компасе, перенесённом вместе со мной в этот мир, отсутствовала важнейшая функция для гача-игр, какой была «Эхо Человечества» — система круток.

Звучит как нелепая шутка.

* * *

< Арба: Командир. Подготовка к производству Дифендера завершена.>

< Куда мне подойти?>

< Арба: Подходите в ангар для Эхо.>

Получив сообщение от Арбы, я направился в ремонтный ангар.

На линии ангара в ряд стояли огромные прозрачные цилиндры.

Внутри них колыхалась бледно-бирюзовая культивационная жидкость, и постепенно вырисовывались очертания сущности, сочетающей в себе органику и механизмы.

«Это и есть Эхо?»

На скелете формировалась синтетическая оболочка, заменяющая кожу, а искусственные мышечные волокна извивались, как живые.

Затем, когда сомкнулся экзоскелет, начала формироваться целостная сущность.

Я впервые видел процесс зарождения Эхо.

В игре они просто появлялись из пробирки со вспышкой света.

«Я знал, что это человекоподобные боевые единицы, в которых смешаны искусственные формы жизни и андроиды, но…»

Увидев воочию, как создаётся Эхо, я почувствовал себя как-то странно.

Точнее, на душе стало как-то не по себе.

Одна мысль о том, что эта жизнь будет подчиняться моим приказам и, возможно, умрёт по моей воле, делала это ещё более тревожным.

И в этот момент.

Меня нежно обняли за талию, и знакомый аромат окутал меня.

— О чём таком серьёзном думает наш Командир?

Её лёгкое дыхание щекотало мне ухо.

— Впервые вижу, как рождается Эхо.

— …Рождается? Не собирается или производится?

Положив подбородок мне на плечо, Фомен склонила голову набок, наблюдая за Дифендером-7, которого сейчас красили.

«Разве это можно назвать сборкой или производством?»

Возможно, из-за того, что я ещё недостаточно знал об этом мире, в моей голове бродили какие-то сентиментальные мысли.

Но даже если так, мне не хотелось относиться к Эхо, появившемуся на свет благодаря моему решению, как к вещи, используя слова «сборка» и «производство».

— Ха-а, даже не знаю. Наш Командир как будто из другого мира.

— …А?

— Нет, правда, где тебя так воспитали, что ты умеешь так щекотать сердца Эхо? Ах…!

Прижавшись грудью плотнее, я почувствовал что-то твёрдое.

— Из-за нашего Командира снова соски затвердели. Хочу, чтобы ты их покусал… Или, может, воспользуешься моим ртом?

В глазах усмехающейся Фомен читалось: «Только прикажи».

И в тот момент, когда я собирался схватить Фомен за грудь…

— Командир?

Появилась Арба с планшетом в руках.

И, когда её взгляд упал на нас, её лицо мгновенно стало каменным.

— Арба, пришла?

— Ч-что?! Фомен, ты слишком б-близко к Командиру!

Глаза Арбы метнулись к груди Фомен, прижатой к моей руке.

— А что? Командиру ведь нравится!

— Чт-что?!

Реакция Арбы, похоже, разбудила в Фомен игривость.

Фомен схватила мою руку и начала тереться об неё грудью.

Ощущение было странным.

Никогда в жизни не думал, что мне будут делать массаж рук женской грудью.

— Э, э-э-э…

— У нашей Арбы грудь маленькая, поэтому она так не сможет, да?

— У меня размер D, вовсе не маленькая. По стандартам человеческих женщин она очень даже большая.

— Но ведь мы — Эхо. Арба тоже может вот так зажать руку Командира и потрясти?

— …!!

Кажется, это был предел.

Лицо Арбы вспыхнуло, и она замерла, издав странный звук.

— Ой, опять сломалась. Командир, может, пока развлечёмся?

— …Ха-а.

— Я всегда готова, ах. Опять потекло.

Когда я играл, то часто посмеивался, глядя на взаимодействие Эхо в игре…

Но когда это стало реальностью, мне показалось, что голова сейчас расколется.

В это время Дифендер-7, используя знания из руководства, загруженные прямо в её мозг, надевала снаряжение и изучала, как им пользоваться.

Это было похоже на быстро растущего ребенка.

* * *

Было решено, что чинить водоочистную станцию отправятся только я, Арба и Дифендер-7.

— А-а-а, почему я?!

Фомен не взяли, так как кто-то должен был остаться следить за центральным ИИ и передвижениями изолированных в Ковчеге зомби, и с этим ничего нельзя было поделать.

— Тогда выдвигаемся.

Сектор D-7 находился на западе от командования.

Впереди тяжелым шагом шла Дифендер-7, получившая имя «Альфа».

К слову, имя Альфа дал ей я.

Не знал, как к ней обращаться, вот и придумал ей имя. Ей, похоже, очень понравилось.

Прожектор, который она несла, рассекал кромешную тьму, обнажая покрытый пылью и паутиной Ковчег.

— …Какой беспорядок.

— За сектором D-7 не ухаживали и во времена прежнего командования.

— Почему? Ведь людям в Ковчеге тоже нужна была вода?

— Точная причина мне неизвестна.

Ответ Арбы был кратким, но удивительно исчерпывающим.

Вода — это сердце Ковчега. Если они оставили её в таком состоянии…

«Похоже, они с самого начала не планировали выживать».

Но меня мучил один вопрос.

Ведь не только же военные жили в Ковчеге. Куда делись мирные жители?

Как раз собирался об этом спросить.

Мой взгляд упал на старый дневник, валявшийся как мусор.

— Арба.

— Да, Командир.

Арба, выбрав самый оптимальный маршрут, подняла блокнот, стряхнула с него пыль и протянула мне.

«Из-за сырости текст не разобрать».

К счастью, удалось прочитать пару страниц ближе к концу.

Судя по записям, владелец блокнота работал на водоочистной станции.

И вот я перевернул последнюю страницу с каким-то странным пятном.

[Завтра всё закончится.

Из этого удушливого Ковчега — наконец-то я смогу уйти.

Давайте покончим с этим поскорее.]

— …

В этих поспешно нацарапанных строках чувствовалось какое-то безумие.

Такова психология тех, кто лично пережил крушение человечества? По телу пробежал холодок, и я сразу захлопнул дневник.

— Командир, ваш пульс подскочил до девяноста восьми ударов в минуту. Вы в порядке?

— А, да.

В ответ на обеспокоенный голос Арбы я кивнул и отбросил блокнот в сторону.

Не хотелось держать при себе такую вещь, иначе я и сам мог впасть в отчаяние.

— Тогда приступаем к восстановлению станции.

— Разрешаю.

По моему приказу Дифендер-7 вышла вперед.

Плазменный резак на её руке засветился синим, разогреваясь, а затем с пронзительным скрипом начал прожигать петли тяжелой железной двери.

Ба-бах!

Как называются такие массивные двери?

Противовзрывные, кажется?

За железной дверью даже запах был другим.

— Когда началась операция «Бласт»?

— Двадцать дней назад.

— …Двадцать дней.

И все же запах коррозии металла, смешанный с кислой вонью застоялой воды, вызывал головную боль.

Насколько же сильно все было запущено?

Красные оптические сенсоры Арбы вспыхнули, и она начала сканировать все видимые механизмы.

Вскоре, проанализировав десятки показателей, она вынесла вердикт:

— Потребуется замена главного насоса.

— Хорошо, Альфа. Справишься?

— Да, Командир.

Ответила Альфа слегка механическим голосом, после чего подняла тяжелый мотор и поставила возле ржавого кожуха насоса.

Плазменная горелка включилась, заржавевшие болты начали плавиться, и в воздухе запахло горелым металлом.

Тем временем Арба шла вдоль трубопроводов, похожих на паутину, и по очереди открывала вентили на панели управления.

При каждом таком открытии из стока изливалась ржавая вода и почерневший осадок.

— Коррозия критическая. Придется менять всю систему фильтрации. Если она так повреждена… Боюсь, запасов на складе командования может не хватить.

Услышав это, я не удержался от невеселого смешка.

— Что они вообще пили в этом Ковчеге?

Неужто глушили водку, как воду, словно какие-то русские?

На моё бормотание Арба ответила:

— Бывшие командиры и военные действительно пили водку.

Правда, значит.

— А гражданские?

— За месяц до операции «Бласт» они отправились в 72-й Ковчег. Что было дальше — мне неизвестно.

— Да? Значит, в 72-м Ковчеге могут быть выжившие?

— …Сейчас 72-й Ковчег стал гнездом Королевы Ползунов.

— …

Апокалипсис.

Когда я сталкивался с ним в играх и книгах, это не вызывало никаких особых эмоций…

Но в реальности этот мир оказался чудовищным местом, где надежда считалась роскошью. И всё же, чтобы выжить, нужно было цепляться хоть за что-то.

— Я тоже помогу с ремонтом.

Взгляд Арбы метнулся ко мне.

Наверняка её база данных кричала о том, насколько неэффективно участие человеческого командира в физическом труде.

Но она промолчала.

И просто молча протянула мне самые целые рабочие перчатки.

С этой молчаливой поддержкой я принялся за работу посреди руин отчаяния, чтобы создать наш первый оазис.

http://erolate.org/book/113/16832