Готовый перевод The Sex Agenda / Секс по расписанию: семь дней с Малфоем: Секс по расписанию. Семь дней с Малфоем. Часть 12

Мерное цок-цок-цок коротко подстриженных ногтей Гермионы разносилось по стерильному, холодному помещению лаборатории проклятых артефактов. Гул древней магии, распространявшийся по системе магической вентиляции, казался сегодня слишком громким. Боги, даже кованая железная люстра, свет которой отражался от обсидиановых изоляционных контейнеров и стеклянных витрин, казалась чересчур яркой.

Ладно, здесь всегда было так (если быть с собой честной и не драматизировать, как во время пятничного нервного срыва).

Но сегодня утром? Атмосфера словно сгустилась. Гермиона чувствовала это так же отчётливо, как помнила наизусть переводы рунических надписей. Предвкушение давило на неё, пока она разглядывала лежавшую перед ней обычную бежевую картонную папку, скреплённую канцелярской скрепкой. На ней красовалась надпись: «Только для Драко Малфоя и ничьих больше».

И да, она вела себя нелепо. Она это знала. Всё в этой комнате это знало. Чёрт, даже Зеркало двенадцати ртов на другом конце помещения загремело в своём зачарованном футляре, шипя на неё обрывками фраз на змеином языке и латыни.

Вообще-то, с момента её прихода оно стало ещё болтливее обычного.

Гермиона сердито посмотрела на зеркало.

— Ой, заткнись уже.

Зеркало двенадцати ртов снова загремело, а его искривлённая поверхность задёргалась, словно оно только и ждало возможности завопить.

Тяжело вздохнув, Гермиона подперла подбородок ладонью и продолжила барабанить пальцами.

Сегодня она явилась на работу довольно рано. Ладно, неприлично рано. Просто смехотворно рано, учитывая, что пришла ещё до появления эльфийских уборщиков и магически зачарованных мётел в атриуме Министерства магии. Но она не могла провести ни минуты больше в своей крошечной квартире с одной спальней в Шордиче, пока Живоглот смотрел на неё так, словно хотел сказать: «Ты окончательно спятила, ведьма».

Да, она уже знала. Необязательно было напоминать ей об этом, Живик.

Вообще-то, рассудок она потеряла ещё в субботу вечером, когда принялась составлять, переделывать и выделять разными цветами свой план сексуальных экспериментов. Гермиона отнеслась к нему как к официальному министерскому докладу, который ей предстояло представить Визенгамоту, когда тому требовалось заключение специалистов по снятию проклятий.

Но теперь, глядя на картонную папку, она чувствовала себя почти глупо. Даже смешно, если учесть, что папка уже использовалась, была слегка помятой и такой… характерной для неё.

Уф. Серьёзно.

Впрочем, Гермиона первой признала бы, что нервничает. Не боится, не стыдится и не испытывает ничего подобного.

Нет, просто нервничает из-за всей этой истории, особенно после разговора с Джинни. Ведь рыжеволосая ведьма была права: дело предстояло серьёзное. Потеря девственности кое-что значила (даже если сама Гермиона считала представления о чистоте устаревшими и немного сексистскими). И хотя она не до конца понимала большинство традиций и обычаев чистокровных волшебников, Драко не просто так воздерживался столько лет. И дело было не только в наследстве.

А может, именно в нём.

Боги, она не знала и немного боялась спросить напрямую.

Бросив взгляд на магловские часы на стене, Гермиона тяжело вздохнула. Всего пять минут десятого. Драко опаздывал. Ладно, немного опаздывал.

Неважно.

В любом случае его задержка лишь заставляла шестерёнки в её голове вращаться ещё быстрее. Гермиона гадала, что он мог придумать для своего плана. Какие у него интересы? Какие ограничения? Занимался ли он исследованиями в выходные? Сможет ли вообще назвать какие-нибудь сексуальные практики? Не придётся ли ей полностью взять на себя роль учителя, оставив ему роль ученика?

Ох, чёрт возьми.

Гермиона застонала и бессильно обмякла на табурете как раз в тот момент, когда дверь с шипением открылась.

Воздух словно изменился. По коже скользнуло едва уловимое ощущение, напоминавшее прикосновение любовника: оно коснулось округлостей её груди и поднялось к разрумянившимся, покрытым веснушками щекам. Что-то более резкое и одновременно знакомое, как уютное чувство, когда в тихий осенний день надеваешь старый, любимый свитер.

— Доброе утро, — непринуждённо объявил Драко, входя с двумя стаканчиками кофе навынос. — Прости, опоздал, Грейнджер. Очередь у кофейного киоска госпожи Галины была просто кошмарная. Салазар, похоже, сегодня весь народ собрался в атриуме.

http://erolate.org/book/3514/380396