Темари лежала, тело дрожало от предыдущих оргазмов — нежного первого и жёсткого второго, — слёзы счастья и сладкой усталости блестели на лице, но глаза горели ярким, неутолимым огнём. Ей было мало. Мало его нежности, которая разрывала душу теплом; мало жёсткости, которая оставляла синяки на бёдрах и следы страсти на коже. Она хотела контролировать — взять его сама, почувствовать власть в этой связи, где он позволял ей быть сверху, быть главной, но всё равно оставался её — полностью, без остатка.
Итачи смотрел на неё снизу вверх — дыхание тяжёлое, грудь поднималась часто, член блестел от её соков и его предыдущего семени, пульсируя твёрдо, венозный, готовый. В его глазах — эмоции на пике: желание, нежность, что-то глубокое, что он не называл любовью, но что жгло изнутри, заставляя сердце биться чаще.
— Ещё... — прошептала она, слёзы катились по щекам, голос дрожал от переизбытка чувств. — Мне мало. Хочу сверху. Хочу скакать на тебе. Хочу... контролировать тебя хоть раз.
Он лёг на спину — послушно, руки легли на её бёдра, помогая подняться. Темари оседлала его — колени по бокам его талии, рука дрожащая от слёз и желания направила член к входу: головка коснулась распухших губ, скользнула по влаге и семени, которое уже было внутри. Она опустилась резко — принимая полностью, до упора, матка приняла удар с сладкой болью.
— А-а-ах! Да... твой... весь во мне... снова! — закричала она, тело выгнулось, слёзы брызнули, стенки сжались вокруг него тисками, чувствуя каждую вену, каждую пульсацию.
Она начала двигаться — медленно, круговые движения бёдрами, как в танце: член тёрся о стенки, упирался в глубину под разными углами, головка массировала чувствительную точку внутри. Груди качались тяжело, соски твёрдые, набухшие, она сжала их сама руками — щипая сильно, вызывая острые вспышки, стоня громче.
— Смотри на меня... — простонала она, слёзы текли ручьями, глаза в глаза, волосы разметались по плечам. — Хочу, чтобы ты видел... как я кончаю на тебе... как беру тебя... полностью.
Он схватил её бёдра крепче — пальцы впились в кожу, помогая, толкаясь навстречу снизу — мощно, но позволяя ей вести ритм. Его глаза горели — эмоции на грани: её слёзы, её стоны, её власть над ним в этот момент разрывали его контроль.
Она ускорилась — бёдра шлёпали о его с мокрым, чавкающим звуком, член входил глубоко, быстро, она подпрыгивала высоко, опускаясь резко, груди подпрыгивали в бешеном ритме, соски тёрлись о воздух, посылая искры. Стоны стали криками — пронзительными, эмоциональными, слёзы лились неостановимо от переизбытка: счастья, страсти, любви, которая наконец прорвалась.
— Да! Глубже! Твой член... рвёт меня изнутри... такой горячий... пульсирует... кончаю снова... а-а-а-ах! — завыла она, оргазм накрыл внезапно — тело содрогнулось в конвульсиях, стенки сжались спазмами, выжимая его, влага брызнула обильно, обволакивая ствол, стекая по его бёдрам.
Но она не остановилась — скакала сквозь оргазм, продлевая его, тело дрожало, слёзы капали на его грудь, крики срывались в хрип.
— Ещё... не кончай... держись... хочу больше! — кричала она, руки упёрлись в его грудь, ногти оставляли красные следы, бёдра работали яростно, выжимая каждый сантиметр.

Толчки снизу мощные, встречные, руки сжали её попку крепче, пальцы впились, помогая подпрыгивать выше, входить глубже. Эмоции переполняли: её слёзы на его коже, её крики, её власть — всё это доводило до края.
— Заполни меня! — кричала она, слёзы лились рекой, ритм стал хаотичным, отчаянным. — Кончи внутрь! Хочу от тебя ребёнка... твое семя... всё... глубже в меня... пусть он зародится от этой ночи... от нашей любви!
Слова ударили — как финальный толчок. Он жестко перехватил её и начал трахать её как игрушку. Толчки снизу стали мощными, неудержимыми, руки сжали бедра до синяков, и он кончил: обильно, струи спермы хлынули — горячие, густые, мощные волна за волной, заполняя матку до краёв, переполняя, вытекая по краям, смешиваясь с её влагой и предыдущим семенем.
— Да-а-а! Чувствую... твое семя... льётся... горячее... так много... ребёнок... наш... от тебя... а-а-а-ах! — завыла она, её финальный оргазм разорвал тело — конвульсии, спазмы стенок выжали каждую каплю, слёзы радости лились рекой, крик сорвался в блаженный хрип.
Она рухнула на него — тело обмякло, слёзы капали на его грудь, поцелуи хаотичные, солоноватые, руки обвили шею крепко. Он обнял её — крепко, защитно, член всё ещё внутри, пульсируя слабо, семя теплилось глубоко.
— Это... всё... — прошептала она, голос сломанный от счастья, слёзы не утихали. — Я... люблю тебя. Навсегда.
Он поцеловал её волосы, глаза закрыты, эмоции переполняли — тепло, связь, что-то вечное.
— И я... тебя, — прошептал он тихо, впервые признавая.
Они лежали — сплетённые, в иллюзорной комнате под лунным светом, тела покрытые потом, соками и семенем, эмоции бурлили тихо теперь, как угли после пожара. Ночь закончилась в блаженстве — полном, эмоциональном, настоящем.

http://erolate.org/book/438/39710
Сказал спасибо 1 читатель