Готовый перевод The Vicious Female Lead is Wild and Spoiled, Surviving the Death Game Daily / Злобная самка: дикая и нежная. Каждый день — битва за выживание: Глава 3

Соотношение самцов и самок один к ста, и самки всегда занимали высшее положение. Кто и когда слышал, чтобы кто-то докатился до такого позора, чтобы применять силу к собственному зверо-супругу? Поистине несмываемый позор.

Бесчисленные насмешливые взгляды устремились на Шэнь Инь, но она держалась неторопливо и спокойно:

— Верно, Гу Синман сейчас не может за меня поручиться, но можно подождать, пока он придёт в сознание. С этим спешить некуда. Преступник — не я, и раз уж всё обстоит иначе, пытаться перевернуть всё с ног на голову и свалить на меня вину — недопустимо, за это нужно подвергнуть строжайшему наказанию.

Вокруг воцарилась зловещая тишина. Все смотрели на невозмутимую Шэнь Инь так, словно увидели призрак.

Неужели эту злую самку-принцессу проняло?

Но её удивительное спокойствие разительно отличалось от обычной вспыльчивости и выглядело крайне непривычно.

Шэнь Сяовей мысленно изумилась: неужели у этой дуры наконец появился мозг?

— Сестрица, ты что, умом тронулась? Какие у тебя сейчас есть доказательства, что преступница — не ты?

Императрица пристально смотрела на Шэнь Инь, впервые замечая в этой никчемной дочери необычную сторону, и даже слегка заинтересовалась, знакомлев жестом продолжить.

— Казэр утверждает, что я надругалась над ним, верно?

Лицо Казэра, оказавшегося в центре внимания, побледнело, желудок скрутило от подступившей тошноты, и он торопливо отвел взгляд:

— Четвертая принцесса, до чего же вы злобны! Натворили дел и не признаете, а теперь еще хотите оклеветать другого! Даже если Ваше Величество приговорит меня к смертной казни, я не изменю своей позиции: человек, который соверл против меня насилие — это вы!

Неприкрытая, обнаженная ненависть плескалась в его глазах.

Шэнь Инь закатила глаза:

— Смешно! Не имеешь зеркала, так хоть в лужу посмотри! Мои три зверо-супруга — да любой из них красотой заткнет тебя за пояс! На тебя такого, даже если ты раздеешься и встанешь передо мной, мне и взглянуть-то лень. Наговорил тут с три короба и клевещешь, будто я над тобой надругалась, просто до ужаса нелепо!

— Матушка-Императрица, я пальцем не трогала Казэра! Это заранее спланированная клевета. Если я смогу доказать свою невиновность, Матушка, не могли бы вы выполнить одну мою просьбу?

Камень, брошенный в воду, вызвал бурю. Когда это Шэнь Инь, обычно словно зараженная агрессивным геном, вела себя так спокойно?

Императрица кивнула:

— Чего ты хочешь?

— Мою собственную лабораторию!

Императрица предполагала самые разные неразумные требования и даже думала, что Шэнь Инь потребует отдать ей жениха Шэнь Сяовей, но она никак не ожидала, что речь зайдет о какой-то лаборатории. Для императорской семьи это было всего лишь вопросом одного слова.

Кивнув, императрица уже собиралась дать согласие.

— Сестрица, а если ты не сможешь доказать свою невиновность? Что, если над Казэром надругалась именно ты?

Шэнь Сяовей крутила в пальцах брошь в виде цветка розы на груди и, улыбаясь уголками рта, неторопливо обратилась к Шэнь Инь.

Казэр с благодарностью посмотрел на нее, а затем бросил на Шэнь Инь полный ярости взгляд.

Шэнь Инь тут же нашлась, что ответить:

— Не умеешь сдерживать свои низы и домогаешься самцов — по-моему, за такое нужно четвертовать и выставлять напоказ толпе! А этот главный зачинщик мало того что сотворил подобное, так еще и переложил вину на меня, невиновную. Просто прогулка по городу для него — это еще слишком мягко!

В глазах Шэнь Сяовей мелькнул холод. Она отпустила брошь, в упор глядя на Шэнь Инь, и легко усмехнулась:

— Вот как? Похоже, сестрица весьма уверена в себе. И как же ты собираешься доказывать свою невиновность?

Эта тупица внезапно поумнела — поистине редкое зрелище, от которого глаза на лоб лезут.

Шэнь Инь шагнула вперед и закатила рукав. На внутренней стороне ее мощной руки проступила светло-голубая духовная метка; из-за полноты узор не бросался в глаза.

Взгляды присутствующих приковались к ее руке, и в тот момент, когда они увидели метку, по залу пронесся дружный вздох изумления.

Что?!

Эта похотливая девка Шэнь Инь все еще невинна?!

Духовная метка дается самкам от рождения и исчезает только после спаривания. Четвертая принцесса Шэнь Инь была известна своей распущенностью — стоило ей завидеть любого самца, как у нее текли слюнки, и тем не менее она оставалась девственницей!

Огромный дворец погрузился в мертвую тишину.

Лицо Казэра мгновенно переменилось. В панике он повернулся к Шэнь Сяовей, никак не ожилая, что у Шэнь Инь найдется такой козырь.

Их взгляды встретились, но Шэнь Сяовей с непроницаемым видом отвела глаза, нахмурившись и ощущая беспричинную досаду.

Присутствующие переглядывались, и в зале, где только что кипели страсти, воцарилась абсолютная тишина.

Императрица мысленно с облегчением выдохнула. Ее взгляд, обращенный к Шэнь Инь, стал намного мягче, а на душе скребли кошки: судя по всему, она сильно заблуждалась на счет этой дочери.

— Казэр! Кто дал тебе смелость оклеветать принцессу? Говори, кто тебя науськивал!

Взгляд императрицы, острый как стрела, вонзился в Казэра, ее охватила ярость.

Казэра вмиг бросило в пот, он опустился на одно колено и зашевелил губами, не зная, как оправдаться, мечась от страха, словно муравей на раскаленной сковороде.

Императрица холодно хмыкнула:

— Не хочешь говорить? Что ж, тогда поступим так, как сказала Сяо-Инь: четвертовать и выставить напоказ толпе!

Лжесвидетельство самца против самки, да к тому же телохранителя против принцессы — за такое преступление отсечение головы покажется легким наказанием.

Внезапно силы покинули Казэра, он обмяк и рухнул на пол, потеряв всякий цвет лица:

— Ваше Величество, всё совсем не так! Ваше Величество!

Придворные стражники-роботы выступили вперед, схватили Казэра и потащили к выходу.

— Стойте! — остановила их Шэнь Сяовей, утратившая всю свою прежнюю непринужденность.

— Шэнь Инь, даже если твоя духовная метка цела, это еще не доказывает, что ты не нападала на Казэра. Вы просто не дошли до самого конца. Как пятая принцесса государства Вэйсин, я обязана защищать права и интересы каждого гражданина и ни за что не стану смотреть влзти на то, как клевещут на честного человека!

Стоило ей это произнести, как весь зал пришел в движение. Присутствующие стражники, принцы и принцессы смотрели на нее с благоговением: Шэнь Сяовей и Шэнь Инь резко контрастировали друг с другом.

Императрица, сидевшая на возвышении, молчала.

А Шэнь Инь тем временем опустила голову, изобразив на лице беспомощную гримасу, и тяжело вздохнула. При ее плотном телодвижении это выглядело одновременно простодушно и комично.

— Пятая сестрица, мы же сестры, я не хочу заходить слишком далеко. Я знаю, что ты завидуешь тому, что я — родная дочь Матушки-Императрицы, а ты заняла чужое место, отняла у меня зверо-супругов и повесила на меня ярлык злой самки. Но я ведь и вправду ничего этого не делала, всё это слухи! Матушка, вы и сами все видели: метка на месте, и этого достаточно, чтобы доказать мою невиновность и чистоту!

Высказавшись, Шэнь Инь не стала затягивать. Ее объемистая фигура неожиданно ловко развернулась — не давая никому опомниться, она вцепилась в одежду Казэра и резко дернула вниз, обнажая его грудь, на которой красовался отчетливый узор в виде розы.

Камень, брошенный в воду, вновь вызвал бурю, заставив всех присутствующих раскрыть рты от изумления.

— Цветок розы — это духовная печать пятой сестрицы. Наличие этой метки доказывает, что Казэр уже давно втайне предавался утехам с пятой сестрицей! Какое грандиозное представление! Это вы вдвоем сговорились и подстроили мне ловушку.

Казэр был в невменяемом состоянии. Он судорожно затянул на себе одежду, а на его лице читалось желание растерзать обидчицу:

— Шэнь Инь, Шэнь Инь!

Его глаза налились кровью. Стоило зайти речи о любимом человеке, как он потерял рассудок от безумия и бросился вперед, намереваясь насмерть сцепиться с Шэнь Инь, но стоявшие позади стражники крепко схватили его за руки.

— Ррр! — в воздухе из ниоткуда материализовался леопард. Разящая пасть раскрылась, зверь бросился вперед, и на присутствующих пахнуло леденящим душу убийственным холодом вперемешку с липким смрадом крови. Давящая аура была столь сильна, что сотрясала самые души.

Ни у кого не возникало сомнений: хватит всего одного укуса, чтобы Шэнь Инь разорвали на части, сожрали, а назавтра превратили в кучу экскрементов, навсегда стерши с лица земли.

В этот критический момент опасности стражники по обе стороны синхронно извлекли из кобур табельное оружие.

В тот же миг из дул брызнули мириады алых лучей. Обжигающий жар окрасил просторный тронный зал в багровые тона.

В самый последний момент какая-то фигура стремительно пронеслась мимо, длинная рука обвила массивную талию Шэнь Инь, мгновенно увлекая ее в безопасное место.

http://erolate.org/book/4567/451985