Джаксон был парнем, который знал цену каждой монете и каждой хлебной корке. Он вырос в тени Внутренних Стен Старого Йорка.
Эти стены были сложены из мерцающего белого камня и покрыты позолотой. Снаружи они казались сущим раем.
Для Джаксона же Внутренние Стены не были воплощением красоты. Они служили лишь напоминанием обо всем, чего он был лишен.
Жизнь его была невзрачной. Он ютился в лачуге из гофрированного металла и армированного пластика. Единственным, что имело значение в этой лачуге, была его младшая сестра Миа.
Ей было пять лет; у нее всегда были растрепаны волосы, а глаза казались слишком уж большими для худенького личика.
Внешние Стены оставались беззаконным местом. Если у тебя не было способности, для правительства ты попросту не существовал.
Ты был всего лишь очередным лишним ртом в трущобах. Все детство Джаксон провел, собирая металлолом и уворачиваясь от банд, которые рыскали по подворотням.
За недоеденный сухпаек его избивали чаще, чем он мог сосчитать.
Все изменилось, когда ему исполнилось семнадцать. Он почувствовал в груди жар, исходивший вовсе не от солнца.
В нем пробудилась способность. "Пламя" – гильдия, которая помогала таким ребятам с Внешника, как он, – приняла его к себе. Они провели проверку и обнаружили у него способность [Пиромантия] C-ранга.
Это было чудо.
На Внешних Стенах C-ранг служил пропуском в другую жизнь. Он был золотым ключом к Внутренним Стенам. Если бы он смог пройти всего один поход в туннель и стать зарегистрированным крестоносцем, он получил бы гражданство.
У него появилась бы настоящая квартира. У Миа каждый день было бы молоко. У нее были бы туфли без дыр в подошвах.
— Я вернусь к ужину, Миа, — сказал Джаксон тем утром. Он взъерошил ее волосы и почувствовал, как ее крохотные ручки обвили его талию.
— Обещаешь? — Спросила она.
— Обещаю. Мы идем в Красный туннель. Он простой. Словно прогулка по парку, — ответил он ей. Он лгал. Ни один туннель не бывал по-настоящему простым. Но Красный туннель казался самым безопасным вариантом для новичков с пробудившейся силой.
Он встретил свою группу у входа. Каэль, Элара и Сора были точно такими же, как он. Обычные ребята из трущоб, которые просто хотели жить и не беспокоиться о том, где раздобыть следующую тарелку еды.
Они не были героями. Они не стремились спасти мир. Они просто хотели стать гражданами.
Но они и подумать не могли, что судьба окажется к ним жестока. Как и всегда.
Стоило им перешагнуть через мерцающий портал, как мир изменился. Красный туннель должен был оказаться хорошо освещенной пещерой с парой заблудших слизей и слабых насекомых.
Вместо этого воздух стал холодным и тяжелым. Стены сменили цвет с красного на тусклый, мертвенно-серый. Свет их факелов словно пожирали тени. Туннель мутировал.
Системные экраны в их сознании замерцали и потеряли краски. Туннель обрел сложность Апокалипсиса. Это было из ряда вон выходящее событие, случавшееся раз на миллион походов. Джаксон беспомощно смотрел, как его друзья умирают один за другим.
Он почувствовал, как холодная сталь кинжала хобгоблина-убийцы вошла в его грудь. Это было странное ощущение. Было не так больно, как он ожидал. Просто казалось, что его жизнь вытекает на каменный пол.
Когда он повалился навзничь, перед глазами все поплыло.
Он подумал о Миа. Она наверняка сидит у двери их лачуги. Ждет ужин, который он обещал принести.
Она будет ждать, пока не зайдет солнце. Будет ждать, пока не повылезают банды. А его не окажется рядом, чтобы защитить ее.
Это горе ранило сильнее, чем сталь. Он почувствовал, как по щеке покатилась слеза, смешиваясь с кровью.
— Прости, Миа, — беззвучно шевельнул он губами. У него не осталось дыхания, чтобы произнести это вслух. Вернее, он уже был мертв. Это Айла управляла последними остатками его нервных окончаний, чтобы сказать эти слова.
[Приобретена расовая форма: Человек]
[Приобретена способность: Пиромантия (Ранг C)]
Имя: Айла.
Способность: Совершенная Ассимиляция, Пиромантия (C)
Ранг: Железо.
Уровень: 2 (0/20)
Доступные формы:
Форма 001: Человек (Принять? Д/Н)
"(Примечание: способность носителя позволит идеально воссоздать физическую форму целевой расы.)"
Гоблины закончили терзать другие тела и повернулись к месту, где упал Джаксон.
Они не нашли ничего, кроме лохмотьев его разорванной одежды. Юноша исчез. Хобгоблин-маг оглядел пещеру и яростно зашипел от недоумения. Его добыча испарилась, что привело его в бешенство.
Айла к тому времени уже ускользнула. Она протиснула свое округлое тело сквозь узкую щель в стене туннеля. Внутри нее разлилось ощущение тяжелой сытости.
Несмотря на то, что она поглотила человеческое тело целиком, ее форма слизи осталась прежнего маленького размера. Биомасса сжималась в ее ядре.
Скользя во тьме, она принялась перебирать воспоминания Джаксона. Воспоминания богини были опасны.
Ей приходилось держать их под замком за плотной стеной в своем сознании, чтобы они не стерли ее собственную личность. Жизнь же Джаксона была простой. Ее разум легко усваивал ее.
Она почувствовала странный укол грусти, когда подумала о Миа. Перед ней встал образ беспомощной маленькой девочки, которая ждет в лачуге посреди безжалостного мира.
Айла замерла. С чего бы ей заботиться о человеческом детеныше? Она ведь не Джаксон.
Его воспоминания были всего лишь данными. Они влияли на ее мысли, но не меняли ее сути. И все же эти воспоминания пробудили в ней любопытство.
Она подумала о Внешних Сценах и Внутренних Стенах. Подумала о гильдиях и самой идее гражданства.
Люди были устроены сложнее. У них имелись свои системы и цели. Жить их жизнью казалось забавным. Ее любопытство росло.
Ей захотелось узнать побольше об этом мире над туннелями. Для этого, решила она, ей придется съесть еще больше человеческих мозгов. Ей требовалось больше точек зрения, чтобы по-настоящему понять их.
Убедившись, что ушла на безопасное расстояние от гоблинской орды, Айла остановилась в небольшой, тихой нише. Пришло время опробовать ее новую силу.
[Биомасса поглощена…]
[Создание идеального человеческого тела…]
Сытость в ее животе мгновенно пропала.
Материя внутри нее начала смещаться и расширяться. Резкое, пронзительное ощущение атаковало ее со всех сторон, пока ее жидкая форма превращалась в твердое тело.
Это было ошеломляющее чувство жара и давления.
Там, где только что была бледная слизь, теперь стояла обнаженная человеческая девушка. У нее были длинные серебристые волосы, ниспадавшие до талии, и глаза, сиявшие подобно отполированному золоту.
Ее лицо было безупречным – красота ее была способна лишить дара речи любого, кто бы ее увидел.
Айла подняла свои новые руки и осмотрела пальцы. Она открыла рот и заговорила. Голос прозвучал неуклюже и неуверенно, словно она впервые училась пользоваться непривычным инструментом:
— Как же холодно.
— — —
http://erolate.org/book/483/44406
Сказали спасибо 0 читателей