(От первого лица Хиираги)
Меня зовут Хиираги Утена, и я суккуб. Хотя точнее сказать, я стала суккубой, ведь раньше я была человеком, прежде чем попала в этот безумный мир.
Моя история начинается в мире под названием «Земля», в стране под названием «Япония». Там я была обычным человеком и девочкой, живущей простой жизнью гражданина Японии. Моя семья была среднего достатка, а я сама — такой же обычной, как и все вокруг, хотя и стеснялась своих сверстников.
Из-за своей застенчивости у меня было мало друзей, потому что я не умела разговаривать с людьми. Но однажды мой мир изменился, когда я увидела по телевизору выступление девочек-волшебниц. Их красота и чистота околдовали меня. Я влюбилась в этих героинь и мечтала стать одной из них. Позже я узнала, что девочки-волшебницы действительно существуют и сражаются со злом в нашем мире.
Я стала их преданной фанаткой — на уровне отаку или даже ближе к «безумной фанатке». У меня были журналы, плакаты, диски, фигурки, одежда — всё, что связано с девочками-волшебницами. Я пересматривала все серии и рекламные ролики, изучала биографию каждой известной героини. Мои родители беспокоились о моём увлечении и желали, чтобы я нашла друзей среди сверстников, но у меня не было, что им ответить.
Когда я начала ходить в среднюю школу, ситуация с друзьями не изменилась. Моя нерешительность и отстранённость продолжали мешать общению. Хоть со мной и пытались заговорить вначале, я сама отталкивала окружающих. Но даже если мне было одиноко, я всё равно могла наслаждаться девочками-волшебницами.
Однако моё увлечение привело к беде. Однажды на свой день рождения я получила от папы музыкальный плеер с наушниками, а от мамы — запись всех выступлений девочек-волшебниц. Я была так рада этим подаркам, что постоянно слушала музыку в школе и даже по дороге домой. И вот, переходя дорогу, я не услышала, как грузовик на полной скорости сигналил мне, пока не сбил меня.
Последнее, что я увидела в тот момент. — это воспоминания о моей жизни: девочек-волшебниц, маму и папу.
Следующее, что я увидела, была пустота, а затем свет. Когда он рассеялся, передо мной предстало лицо женщины. Так началась моя новая жизнь в качестве суккуба. Моя новая мать была суккубом, а отец оставался неизвестным — его я никогда не видела.
Я, конечно, слышала истории об этом: перемещение в другой мир или перерождение в религии. Но никогда не думала, что окажусь на их месте. Новая жизнь началась для меня крайне тяжело. Я плакала неделями, будучи ребёнком, не понимая, что происходит.
Моя новая мать была строгой и безразличной ко мне. Для неё я была лишь очередной дочерью, рождённой от случайного демона. Я жила в борделе, где обитали многие суккубы. Сначала она выходила меня и кормила, пока я не научилась ходить и разговаривать. Но как только я смогла заботиться о себе, меня сразу принудили к физическому труду в борделе, чтобы заработать себе на пропитание.
Я часто плакала, осознавая реальность своего нового мира, где большинство жителей были демонами и суккубами с рогами и внушительным видом. Этот мир был средневековым, без каких-либо современных удобств, которые я знала на Земле. Не было телефонов, интернета, кондиционеров, ванной, мыла, чистых полотенец или нормальной еды. Это был полный кошмар. Я работала буквально за еду, а спала вместе с другими детьми борделя в подвале на тряпках.
Самым сложным для меня было изучить и понять язык. Мало кто хотел разговаривать со мной или объяснять смысл слов. Другие дети тоже были замкнутыми. Некоторые даже открыто вредили мне, на что я могла лишь молча реагировать, так как не любила насилие и боялась всего в этом мире.
Я часто плакала, оставаясь одна, молясь богу, чтобы всё это оказалось просто сном. Но когда я обращалась к нему, то чувствовала острую боль, словно невидимая сила наказывала меня за попытки общения с высшими силами. Я перестала молиться, но мои кошмары только начинались.
Однажды в бордель вошёл богато одетый демон с рогами на голове и в широкополой шляпе. Нас, детей, выстроили перед ним, а наши матери-суккубы стояли рядом, безразличные и холодные.
— Так что, Шайди, за сколько ты готова расстаться со своими... гостьями? — Тейшон обвёл нас презрительным взглядом, будто оценивал товар на рынке.
— Ты сам знаешь правила нашей сделки. — ответила хозяйка борделя, скрестив руки на груди.
— Конечно-конечно, ты получишь свою долю. И спасибо за возможность получать твоих суккубов по таким выгодным ценам. — усмехнулся он, поправляя шляпу.
— Ты умеешь договариваться. Делай что хочешь. — произнесла Шайди и, не дожидаясь окончания торгов, направилась к себе, оставив нас наедине с этим демоном.
Первой он подошёл к матери рыжеволосой девочки:
— За твою дочь могу предложить 15 золотых.
— Какие 15? Она стоит минимум 25!
— У неё кривые рога и слабая аура. 20 золотых — моя последняя цена.
Мать недовольно согласилась. Я смотрела, как она принимает деньги и насильно уводит свою дочь к выходу. В глазах девочки читались страх и отчаяние.
Когда подошла наша очередь, Тейшон остановил свой взгляд на мне. Он начал осматривать меня, трогая в разных местах, особенно в чувствительных областях. Я старалась не сопротивляться, чтобы избежать наказания.
— Эта... интересный экземпляр. Моя цена — 30 золотых за неё.
— Вы шутите? За мою Хиираги я хочу 40! — моя мать нервно сжала мою руку.
— Посмотри правде в глаза, женщина. Она слишком худая, да и эти фиолетовые волосы, хоть и красивы для эксклюзивных клиентов, вызывают подозрения. Возможно, она помесь человека или ёкая.
— Что?! Она дочь демона! Я бы не спала с каким-то человеком или ёкаем!
— 35 золотых — это последнее, что я могу предложить. Мне без разницы, с кем ты спала. Моё дело — предложить цену за товар.
Мать задрожала от гнева, но приняла предложение. Я чувствовала себя вещью, за которую торгуясь, как на базаре. Каждое слово, уменьшающее мою цену, будто отрезало часть моей души.
После этого нас всех увезли в карете. Для меня это было предательством, которое причинило огромную боль. Та, кто была моей матерью, так легко продала меня ради денег. Я была опустошена, но всем было всё равно на мои слёзы и грусть.
Нас привезли в каменное здание и поместили в тёмную комнату. Пол под нашими ногами внезапно загорелся странными рисунками. Это было похоже на магическое шоу, которое меня заворожило. Но затем я заметила, что на шеях остальных девочек появились яркие татуировки. На своей шее я тоже ощутила жжение, а затем почувствовала странную связь с демоном, который нас купил.
— Итак, девочки, буду краток. Вы теперь мои рабыни и пройдёте обучение, чтобы стать подходящим товаром. Не пытайтесь сбежать или делать глупости, иначе последуют наказания, например… — его слова оборвались, и мы ощутили, как острая боль пронзила наши тела.
Я плакала и кричала, корчась на полу. Казалось, будто моё тело разрывали на части. Я едва не потеряла сознание.
— Это было предупреждение. Если вы не будете слушаться, то мне не нужен товар, который не способен к обучению. Я просто убью вас в ту же секунду. Мне достаточно лишь подумать об этом.
Я, как и остальные, закивала, поверив его угрозам. Боль была настолько сильной, что я готова была сделать всё, чтобы её избежать.
Обучение началось сразу же. Мы стали секс-рабынями — другой роли нам не предназначили из-за нашей природы. Особые демоны обучали нас, как разговаривать с господином, как выполнять любые его приказы, даже если они унижали нас до состояния игрушек.
Я, как и остальные, делала всё, что говорили. Страх заставлял меня подчиняться тем, кто был сильнее меня и мог причинить ещё большую боль. Я была готова на всё, лишь бы не чувствовать эту агонию снова.
Я видела, как наказывают непослушных рабов. Это было страшно и пугающе. Некоторых били плетью до крови, оставляя глубокие раны, из которых виднелись кости. Других запирали в тёмных камерах без еды, где они кричали, умоляя о пощаде. Были и другие методы: переломы пальцев, растягивание тела в разные стороны, магические пытки.
Рабы иногда разговаривали между собой, обсуждая судьбу тех, кого покупали. Кто-то говорил, что есть клиенты, которые используют рабов как игрушки или скот для развлечений. Другие упоминали, что существуют извращенцы, которые специально покупают рабов, чтобы мучить их так же, как здесь.
Я боялась, что меня купит такой клиент. Я хотела, чтобы всё это оказалось сном. Но время шло, и ничего не менялось. Я даже не знала, сколько прошло времени с момента моей продажи: неделя, месяц или год? Нас не выпускали из этой тёмной и сырой комнаты с решётками.
Однако однажды моя судьба определилась. Пришёл очередной клиент. Неужели это конец? Я так боялась оказаться в руках какого-нибудь извращенца или жестокого демона. Что если он окажется одним из тех, кто славится своей жестокостью? Говорят, некоторые аристократы покупают рабов только для того, чтобы мучить их. От страха я начала плакать и дрожать, представляя худшее.
Звуки шагов становились всё громче, отдаваясь эхом в моей голове. Каждый шаг — это приближение неизбежного. Что меня ждёт? Боль? Страдания? Или что-то ещё более ужасное? В полумраке я разглядела силуэт. Нет... Только не это... Сначала я испугалась ещё больше, но, когда он вышел на свет, я замерла. Боже... Это же ребёнок? Нет, не может быть. Он, слишком красив, чтобы быть обычным человеком. Его золотистые волосы и изумрудные глаза... Такой контраст с тёмной аурой этого места. Кто он?
Передо мной стоял красивый мальчик с изумрудными глазами и золотистыми волосами. Он был самым прекрасным существом, которого я видела за всё время в этом мире. Не может быть... Он совсем ребёнок. Но почему-то от его взгляда по телу пробегает странное чувство. Я пыталась осознать происходящее. Этот мальчик станет моим хозяином? Что он сделает со мной? Может быть, он будет добр ко мне? Или это просто маска? Мои мысли метались между страхом и надеждой.
После процесса покупки я почувствовала новую связь с ним. Теперь я принадлежу ему... Навсегда. Что он сделает со мной? Его слова о том, что я буду принадлежать ему, заставили меня представить извращенные игры, где я должна делать разного рода извращения.
Не успела я опомниться, как оказалась в величественном коридоре. Это место... Оно похоже на дворец. Красный бархатный ковёр с золотой вышивкой мягко стелился под ногами, словно объятия роскоши. Высокие мраморные стены украшали картины в позолоченных рамах. На них были изображены сцены охоты и балов, написанные маслом. В воздухе витал тонкий аромат сандалового дерева и роз. Служанки в безупречных белоснежных платьях и рыцари в начищенных доспехах внушали трепет одним своим видом. Дворянский дом? Нет, это слишком величественно даже для богатых дворян. Чем дальше мы шли, тем сильнее росло моё волнение. Кто же он? Может быть, принц? Или кто-то большего? Он ведь не принц? Да ведь?
Спустя тридцать минут долгой ходьбы мы пришли в большую роскошную комнату. Эта комната... Она огромна. Здесь могли бы поместиться десятки людей. А кровать... Она выглядит как трон для королевы. Что он задумал? Зачем ему такая роскошь, если он всего лишь ребёнок? Помещение было размером с маленький зал — здесь могли бы свободно поместиться человек пятьдесят. Стены были обшиты тёмным деревом с инкрустацией из перламутра, создавая причудливые узоры. Огромная кровать с балдахином из красного шёлка занимала дальнюю часть комнаты.
Я уже начала представлять, что со мной будут делать в такой комнате. Боге, только бы он оказался добрым... Эти мысли вызывали во мне смесь страха и возбуждения.
— Кхм… — но меня вывел из размышлений кашель горничной моего хозяина. Спокойно, держи себя в руках! Я должна быть сильной. Если я проявлю слабость, это может разозлить его. Вспомнив правила рабыни, я быстро упала на пол прямо перед кроватью, куда сел мой хозяин.
— Я готова услужить вам, хозяин. — сказала я, дрожа всем телом. Боже, как же я боюсь. Но я должна быть сильной. Может быть, он окажется добрым. Может быть, он действительно защитит меня.
— Встань. — произнёс он своим приятным детским голосом. Его голос... Он такой мягкий. Неужели он действительно ребёнок? Или это просто маска?
Я подчинилась и медленно поднялась на ноги.
— Подойди.
Я сделала шаг вперёд, дрожа всем телом, едва не споткнувшись на ровном месте. Что он сделает со мной? Почему он так внимательно смотрит на меня? Его взгляд заставляет меня нервничать. Он протянул руку, и я, нагнувшись вперёд, позволила его ладони коснуться моего лица.
— Тебе страшно? — внезапно спросил мой хозяин. Как он догадался? Конечно, мне страшно. Я не знаю, что меня ждёт. Но почему-то я чувствую, что он не похож на других демонов. Его взгляд... Он какой-то мягкий.
— Я… я…
— Скажи. Я разрешаю.
— М-мне страшно…
Наверное, я должна была соврать. Но почему-то я не смогла. Его взгляд... Он заставил меня сказать правду.
— Жаль это слышать, но всё это позади, потому что теперь я твой хозяин. — внезапно произнёс он и, используя невиданную для меня силу, притянул меня к себе. Я оказалась в его объятиях, а моё лицо уткнулось в его грудь. Он такой тёплый... Неужели он действительно может быть добрым? Или это просто игра?
Я ощутила приятное тепло, разлившееся по всему телу, особенно когда он начал нежно гладить меня по спине. Это чувство... Я давно забыла его. Чувство заботы... Любви... Жалости... Неужели он действительно хочет защитить меня?
— Не волнуйся, я буду рядом с тобой всю жизнь. Можешь выпустить всю боль, что накопилась в тебе. — прошептал он мне. Эти слова стали спусковым крючком для всего того горя, что скопилось во мне. Наконец-то... Наконец-то кто-то сказал, что будет заботиться обо мне. Я так долго ждала этих слов...
— Вааа! Мне было так… так страшно и больно!
— Всё хорошо, теперь я буду о тебе заботиться.
— ВАААААА! — я просто рыдала, понимая, что не должна себя так вести, но внутри меня накопилось столько боли, которую никто не хотел выслушать или разделить. Все были равнодушны ко мне, все меня бросили и оставили. Наконец-то... Наконец-то кто-то сказал, что будет заботиться обо мне и любит. Я так долго ждала этих слов...
Но мой новый хозяин… Он почти как моя мама из того мира, которая, несмотря на все мои странности, любила меня и заботилась обо мне. Я хочу верить, что это так. Больше мне ничего не остаётся. Может быть, он действительно станет моим защитником. Может быть, он действительно сможет сделать мою жизнь лучше. Я хочу верить в это... Больше у меня нет выбора.
Я даже не заметила, как мой разум медленно погрузился во тьму.
* * * * * *
* * * * * *
(От первого лица Мелиодаса)
Когда я вернулся в свои покои с новой рабыней Хиираги, первым делом решил оценить её личность. Скажу точнее: понять, отличается ли она от той Хиираги, которую я знал ранее. Однако мне хватило одного взгляда на то, как она дрожала, опустившись на колени передо мной. Этого было достаточно, чтобы убедиться — передо мной та самая Хиираги, чьи воспоминания я помнил.
Исходя из её состояния после обучения рабынь, я принял решение применить тактику, противоположную стандартным методам дрессировки. Вместо кнута — пряник. Интуиция подсказывала, что такой подход окажется более эффективным. Её реакция лишь подтвердила мою правоту. Проблем с доверием и верностью в будущем не предвидится.
Однако меня удивила сила её эмоционального выплеска. Хильда, моя верная служанка-демонесса, выказала недовольство таким поведением, но я дал ей знак, что всё под контролем. После примерно часа плача, прижимаясь ко мне так сильно, что мне пришлось лечь на спину, Хиираги наконец уснула, словно провалившись в забытье после долгих лет бессонницы.
— Хильда, принеси еду для Хиираги и подготовь для неё комнату.
— Вы уверены, что стоит уделять столько внимания простой рабыне? — спросила она с явным сомнением в голосе.
— Я знаю, что делаю. Не волнуйся.
— Как вам будет угодно. — ответила она, поклонившись и покинув мои покои.
Примерно полчаса я лежал рядом с Хиираги, наблюдая за её состоянием. Она казалась совершенно обессиленной, но её пульс был стабилен, поэтому я не беспокоился о её жизни. Затем появилась Хильда.
— Господин, покои для вашей рабыни готовы. Еда и новая одежда ждут её в комнате.
— Отлично. — сказал я с улыбкой, поднимая Хиираги на руки в позе принцессы и направляясь в её комнату.
— Мой господин, почему вы уделяете этой рабыне столько внимания? — спросила Хильда, пока мы шли по коридору.
— Потому что она мне понравилась, и я вижу в ней потенциал.
— Потенциал? — переспросила Хильда с сомнением, глядя на спящую Хиираги.
— Скажи честно, кого ты видишь в ней?
— Слабую и сломленную девочку.
— Верно, но я увидел больше.
— Что именно, мой принц?
— Гнев, ярость, боль, ненависть.
— Вы уверены? — снова спросила Хильда с новым сомнением.
— Тебе что-нибудь говорит о том, что внешность обманчива?
— Да, но... это относится к тем, кто силён. Вряд ли у этой девочки есть такая сила.
— Именно. Она слаба. Но внутри неё скрыт потенциал, а вся её ярость и боль могут стать основой для роста. Тихони часто самые опасные личности, потому что в них накапливается огромная сила, которую можно использовать в свою пользу. — сказал я, глядя на Хильду, когда мы оказались возле комнаты Хиираги.
Зайдя внутрь, я отметил, что комната была в два раза меньше моей, как по размеру, так и по количеству мебели. Однако этого вполне достаточно для жизни девочки её возраста. Здесь стояла тележка с подносом еды и новая одежда на стуле.
Я подошёл к кровати, аккуратно раздев Хиираги, и уложил её на постель.
— Вы точно не из-за любви к рабыне делаете всё это? — спросила Хильда, наблюдая за тем, как нежно я обращаюсь с Хиираги.
— Ты мне не веришь?
— Нет, просто... сложно поверить, что из этой рабыни что-то выйдет, кроме игрушки для вашего удовольствия. Я даже думала, что вы просто играете с ней в хорошего, чтобы развеять свою скуку в замке.
— Это тоже есть моего плана. И я согласен, на первый взгляд она кажется слабой и бесполезной. Но именно поэтому я хочу, чтобы ты помогла мне раскрыть её потенциал.
— Что именно от меня требуется? — спросила Хильда серьёзным тоном.
— Для начала скажи, какой статус она может иметь рядом со мной?
— Наличие рабыни рядом с дворянином или кем-то с высоким положением — не редкость. Но всё зависит от того, какой неофициальный статус она имеет для владельца. Например, у рабыни может быть статус игрушки, питомца, подстилки, помощника, переводчика, оруженосца, стражника, кормилицы и так далее. У таких рабов или рабынь статус позволяет находиться рядом с господином, но есть ограничения: их нельзя брать на официальные мероприятия или государственные встречи. С учётом вашего проживания в замке, она не сможет посещать многие важные места, необходимые для вашей работы принца.
— Понятно. А если она станет моей горничной?
— С учётом её низкого статуса рабыни, она может стать горничной, но для этого ей нужно пройти квалификацию. Это требует обучения.
— Просто так её не примут?
— Я бы не советовала давить. Горничные — профессионалы своего дела в замке. Если рабыню примут без должных навыков, это вызовет зависть среди других слуг, что приведёт к конфликтам.
— Понятно. Тогда обучи её быть горничной. А также займись другим её обучением.
— Каким?
— Я хочу, чтобы в будущем она стала дрессировщиком.
— Дрессировщиком кого? — не понимающе спросила Хильда.
— Женщин, которых я сделаю своими. — со злой ухмылкой заявил я прямо в лицо Хильде.
— Как вам будет угодно.
— Ты не против?
— Если вы этого желаете, то у меня нет права идти против ваших решений.
— Ну если ты против, скажи. Я не против выслушать критику, если мои идеи глупые для тебя или наивные.
— Пока я останусь при своём мнении и буду доверять вам.
* * * * * *
* * * * * *
(От первого лица Хиираги)
Я медленно приходила в себя, ощущая непривычный мягкий матрас под собой. Моё тело казалось невесомым, словно я парила где-то между реальностью и сном. Это чувство было настолько чуждым после долгих месяцев, проведённых на холодных каменных полах борделя и тренировочных залов... Здесь всё было иначе: тёплая постель, отсутствие грубых оков на запястьях, даже воздух казался другим – более свежим, наполненным сладковатым ароматом цветов. Неужели это правда? Или это очередной обман, новая игра, чтобы сломить меня ещё больше? Я боялась поверить в то, что кто-то может быть добр ко мне просто так.
Открыв глаза, я увидела высокий балдахин над кроватью и роскошные шелковые занавеси. Моя жизнь до этого момента всплывала в памяти болезненными фрагментами: крики, удары плетей, бесконечные унижения. Как я могла оказаться здесь? Почему этот мальчик, мой новый хозяин, был так добр ко мне? Он казался таким мягким, почти человечным.
Последнее, что я помнила. — это как он относился ко мне совсем не так, как другие. Его слова, его прикосновения были полны чего-то, что я давно забыла – жалости. Именно этого я хотела услышать за все годы, проведённые в этом мире. Но почему он выбрал меня? Что во мне такого особенного? Может быть, это ловушка? Может быть, он просто играет со мной, прежде чем причинить боль?
— Кхм! — Из моих мыслей вывел тихий кашель, привлекший моё внимание. — Ты наконец проснулась. — произнесла женщина холодным тоном. Я вздрогнула и повернула голову. У изножья кровати стояла демонесса с белокурыми волосами, одетая в безупречное чёрное платье служанки. Её зелёные глаза внимательно изучали меня. Что она хочет? Почему её взгляд такой холодный? Она явно не рада моему присутствию здесь.
— Извините… — едва слышно пробормотала я, чувствуя себя неуютно под её пристальным взглядом. Зачем она здесь? Я не понимаю, чего от меня ждут. Что я должна делать? Как мне вести себя? Я не хочу снова ошибиться и поплатиться за это.
— Хильдагарда Вассаго-Лайт, личная горничная Мелиодаса Дьябло. — представилась она гордым тоном, который заставил меня внутренне съёжиться. Может быть, она здесь, чтобы следить за мной? Чтобы убедиться, что я не испорчу всё своим поведением?
— Что мне теперь делать? — спросила я, не зная, чего от меня ждут. Я была в полной растерянности от всего происходящего. Что происходит? Почему я здесь? Что от меня хотят? Я не могу понять, что происходит. Я просто хочу знать, чего от меня ждут, чтобы не совершить ошибку.
— Для начала поешь, а затем умойся и надень новую одежду. — Она указала на столик рядом с кроватью, где лежала прекрасная белоснежная форма горничной и стоял поднос с аппетитно выглядящими блюдами. Новая одежда? Для меня? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Спасибо. — тихо ответила я, всё ещё не веря в происходящее. Может быть, это проверка? Может быть, они хотят увидеть, как я буду вести себя, если дать мне немного свободы?
— Не меня тебе следует благодарить, а нашего господина Мелиодаса. — сказала она, и её голос стал ещё холоднее. — Но не советую постоянно рассчитывать на его милость. Если ты будешь злоупотреблять его добротой, тебя ждёт куда более жестокая судьба, чем та, что ты знала, как рабыня. — В её словах сквозила угроза, усиленная аурой, от которой по моему телу пробежала дрожь.
— Да! Я ценю милость хозяина! И не буду ей пользоваться во вред. — быстро закивала я, стараясь показать свою покорность. Я уже давно поняла, как здесь мало ценят чужие жизни, и не хотела ссориться с этой горничной, которая могла убить меня одним движением, не вызвав ни малейшего шума. Она точно может меня убить, если я сделаю что-то не так.
— Хорошо. Тогда я хочу напомнить несколько важных правил. Теперь ты принадлежишь господину Мелиодасу Дьябло. Твоя задача — беспрекословно выполнять все его прихоти. Любое неповиновение будет иметь серьёзные последствия. Ты меня поняла? — продолжила она, и её слова звучали вежливо, но в них сквозила сталь. Правила... Я должна запомнить их. Я не могу позволить себе ошибиться. Я не могу позволить себе потерять это место. Оно слишком хорошее, чтобы быть правдой.
Я испуганно кивнула, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Что он за демон? Почему он выбрал меня? Что он хочет от меня? Я не могу понять, что происходит. Я просто хочу знать, чего от меня ждут.
— Кроме того. — добавила Хильда. — я буду заниматься твоим обучением. Ты должна стать горничной и… будущей дрессировщицей.
Горничной? Дрессировщицей? Как я могу быть дрессировщиком? Я не могу даже защитить себя. Как я могу кого-то дрессировать? Это невозможно. Я недостаточно сильна. Я недостаточно умна. Почему она говорит такие вещи?
— Дрес... дрессировщицей? — мой голос дрогнул. — Дрессировщицей кого?
Они хотят, чтобы я дрессировала кого-то? Зачем? Я же слабая и бесполезная. Я даже не способна за себя постоять или отстоять своё мнение. Как я могу кого-то дрессировать или обучать? Хотя быть горничной в принципе не сложно — я уже была помощницей в борделе...
— Это ты узнаешь потом. — оборвала она мои вопросы. Потом... Когда? Что она имеет в виду? Почему она так уверена, что я справлюсь? Я не могу понять, что происходит. Я просто хочу знать, чего от меня ждут.
Не в силах больше сдерживать любопытство, я прошептала:
— А кто... кем является мой господин?
Хильда удивлённо приподняла бровь, словно не ожидала такого вопроса. Как она может думать, что я знаю? Я ничего не знаю об этом мире. Я просто хочу понять, кто он. Почему он выбрал меня?
— Ты действительно не знаешь? Ты удостоилась великой чести стать рабыней Мелиодаса Дьябло, первого принца Империи демонов, сына самого Императора Норивы Дьябло. — заявила она.
Я удивлённо раскрыла рот, не веря своим ушам. Не ожидала, что стала собственностью самого принца — да ещё и такого доброго и красивого. Первый принц? Сын Императора? Как такое возможно? Почему он выбрал меня? Что я сделала, чтобы заслужить это? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я боюсь поверить.
— Запомни одно, девочка. — произнесла Хильда, её голос стал ещё холоднее, словно ледяной ветер, пронзающий до костей. — Не думай, что ты особенная только потому, что господин Мелиодас проявил к тебе милость. Ты никто. Простая рабыня, которая должна быть благодарна за каждый вздох, который ей позволяют сделать.
Я невольно сжалась, её слова будто обжигали кожу. Она права... Я действительно никто. Но почему-то его доброта казалась мне настоящей…
— Ты можешь думать, что его доброта сделает тебя важной. — продолжила она, склоняясь надо мной, её зелёные глаза сверкали опасным блеском. — Но это лишь иллюзия. Если ты решишь использовать его расположение для собственной выгоды или забудешь своё место, я лично уничтожу тебя. И поверь, никто даже не вспомнит о твоём существовании. Ты просто исчезнешь, как будто тебя никогда и не было.
Её слова эхом отдавались в моей голове. Никто не станет спрашивать, куда я делась. Никто не будет оплакивать меня. Я знала, что она говорит правду. В этом мире жизнь рабыни ничего не стоит. Особенно если ты попадаешь под гнев тех, кто сильнее.
— Моя задача — следить за тем, чтобы ты не забывала, кто ты есть. Ты не станешь кем-то важным, не получишь свободу и не завоюешь расположение других только потому, что господин подарил тебе немного тепла. Это не игра, где ты можешь позволить себе ошибки. Каждое твоё действие, каждое слово будут под моим присмотром. И если я замечу хоть намёк на то, что ты злоупотребляешь его добротой... — она сделала паузу, её голос стал почти шёпотом, но при этом звучал ещё более угрожающе. — последствия будут такими, что ты пожалеешь о том, что вообще родилась.
Я почувствовала, как моё сердце сжалось от страха. Она не шутила. В её словах была та же холодная решимость, которую я видела в глазах тех, кто, не задумываясь убивал ради своих целей. Я понимала, что она способна на всё. Но почему она так сильно давит на меня? Разве недостаточно того, что я уже боюсь?
— Господин Мелиодас может быть добрым. — добавила она, словно прочитав мои мысли. — но это не значит, что ты можешь расслабиться. Его доброта — это его выбор. Но если ты переступишь черту, он сам передаст тебя мне. И тогда ты узнаешь, что такое настоящая боль. Так что выбирай: цени его доброту или брось вызов своей судьбе. Только помни — второй вариант закончится для тебя очень плохо.
Я кивнула, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Мне хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю. Её слова были словно удар плетью, каждый из них оставлял след в моей душе. Да, она права. Я всего лишь рабыня. Ничего больше. Но почему же тогда его доброта кажется мне такой настоящей как у мамы? Почему я хочу верить, что он действительно отличается от всех остальных?
— Ешь, умойся и одевайся. — сухо приказала она, разворачиваясь к выходу. — Через час я вернусь, чтобы проверить, как ты справилась. И не забудь — я всегда наблюдаю.
Когда она ушла, я почувствовала, как напряжение чуть отступило, но страх остался. Теперь я точно знала, что Хильда не позволит мне забыть своё место. И если я хочу сохранить хотя бы эту маленькую частичку доброты, которую мне подарили, мне придётся быть хорошей девочкой, мама всегда говорила мне, что хороших девочек не наказывают и награждают.
http://erolate.org/book/294/34214
Готово:
